— Дыши, мать твою! — тряхнул ее, рявкнув со злостью, и больно ткнул в ее губы горлышком спрея, заставляя разжать зубы. — Будешь истерить, и выкидывать фокусы, я тебя в психушку закрою, поняла? Людмила разомкнула рот, не отрывая от него глаз из которых лились слезы. Небо обожгло лекарством, и она сделала первый вздох. Легкие будто…
— Папа! — указательный пальчик Костика взметнулся в сторону, глазастенький парень сразу узнал отца. Юля посмотрела в том направлении. Выпитый кофе стал отдавать прокисшим молоком. Сын все щебетал, выкрикивал: «Папа!», но тот его не слышал. У Лешика поинтересней занятие было. Всем торсом развернувшись к пассажирке рядом, он накручивал на палец рыжеватую прядь. Таким знакомым жестом,…
— Святая Тоня не балует тебя своим телом? Что же ты такой нетерпеливый. Мог бы и потерпеть до отеля. — Заткнись. Рот тебе не для этого, — прошипел Кирилл. Шелест одежды. Тихие стоны. Антонина стояла ни жива, ни мертва. Она ведь уже предположила измену. Убедила себя, что не станет страдать из-за недостойного предателя. Сейчас ей…
— Рома, ты где? Простой вопрос в нем нет ничего сложного, но сейчас так много зависит от ответа. В городе две тысячи улиц, дворов… Торговых центров, как г.вна собачьего на каждом квартале. Но Саша стоит здесь и смотрит через лобовое стекло на своего мужа, которого тут быть не должно. Можно было приехать на пять минут…
Она могла быть матерью и женой, но потеряла все за один день. Твердила себе, что боль уйдет, не веря в это. Судьба преподнесла ей жуткий коктейль из предательства и лжи, кинула на самое дно. — Я не зверь, — сказал тот, кого она любила, вышвыривая ее из собственной квартиры и вырывая ключи из негнущихся рук….
— Опачки! — проговорила Ольга, увидев своего мужа в кожаных трусах и кожаной черной маске. — Привет, Бэтмен, — закатила в квартиру чемодан и одним ударом правой, забила ручку внутрь. Встав на цыпочки, заглянула через широкое плечо, фиксируя, как мечется худая блондинка, пытаясь найти укрытие от возмездия обманутой жены. Ее длинные белые волосы развивались гривой,…
Молодая женщина перевела глаза на милующуюся парочку. Ее Борька страстно обжимал блондинку. Та жеманно хихикала, запрокинув голову, позволяя целовать свою шею. Характер их отношений был очевиден даже слепому. Тася ее узнала. Не могла не узнать. За пять лет Марина — бывшая, променявшая Бориса на кошелек, почти не изменилась. Надежда, что все окажется неправдой угасала так…
Красавица в белом выскользнула на балкон, хихикая и прикрывая рот ладошкой. Нервно разгладила невидимые складочки на атласном платье. Со стороны гостиной раздавались голоса, но ее совсем не видно за портьерой, закрывающей половину окна в пол. Настя перегнулась, чтобы посмотреть, кто там внизу из знакомых стоит у подъезда. Ветер играет золотисто – каштановыми локонами. Она счастливо…
— Детка, глупая наивная девочка, — убирает прядь моих волос за ухо. — Я все это организовал. Я здесь главный… — Нет, — мотаю головой. — Не может быть! — закрываю рот рукой, чтобы не заорать от боли, которая сжала сердце. — Это было красивое шоу, согласна? И, ты — его вишенка на торте! Играй…
— Прости меня, Ксень. Прости… Но, ты не простишь, верно? — обреченно вздохнул Вовка и уронил голову на грудь. — Я так перед тобой виноват, ты столько для меня… А я. Подлец… Иного слова не подберешь. Не могу так больше, понимаешь? Ты для меня сестра, друг… не могу с тобой как с женщиной. Казалось, Вова…