Дэн прихватывает зубами тонкую кожу на шее девушки, в районе пульсирующей венки. Обжигает голодным дыханием, пугает несдержанностью своего дикого порыва. Аманда моментально перестает плакать, осознав, что происходит что-то не то, замирает натянутой струной в его руках. Дэн чувствует ее испуганное напряжение, но мозг не проясняется совершенно, губы исследуют ложбинку возле ключицы, руки неосознанно сжимают крепче,…
— Пожалуйста… — шепот вырывается едва слышно, — пожалуйста… Сделай это быстро. Он молчит. Держит. И ладони на моей талии каменеют все больше. Сильный. При всем желании не вырваться… Только просить. Я не умею просить. Не умею прогибаться. От того и все беды мои. Но его не стыдно попросить. И я прошу снова: — Пожалуйста,…
— Малышка, потише… — шепчу я в нежное ушко, с неожиданным удовольствием вдыхая аромат ее кожи и волос. Теплый такой, сладковатый. Волнующий, кстати… Последнее — прямо открытие для меня. Давно меня женщины не волновали… Настолько явно. Мы встретились в самый неподходящий для обоих момент. Она подумала, что я — грабитель, а я — что она…
Я его боюсь. Правда. В дрожь бросает от одного его взгляда! Высоченный, с острыми, хищными, пустыми какими-то глазами, он ни с кем особо не общается, и к нему никто не лезет. Парень по прозвищу “Сказочник” — одна из самых загадочных личностей нашего универа. Я совсем не хочу попадаться ему на пути. Вот только у него…
— Я… Пойду… Голос не слушается, колени подкашиваются. Они слишком близко, дышать сложно. И взгляды, жесткие, тяжелые, давят к полу, не пускают. — Куда? — ласково спрашивает Лис, и его хищная усмешка — жуткий контраст с этой лаской в голосе. — Мне нужно… — я не могу придумать, что именно, замолкаю, делаю еще шаг. К…
— Я хочу вот такую тату на спину. Рина покопалась в сумке и выудила листок с рисунком. Макс мельком глянул и покачал головой. — Нет. Эту дрянь я бить не буду. Чем-то зацепила его девчонка. Непонятно, ведь, чем. Может, своими глазами, с ореховой зеленцой, может, нелепой растрепанной прической, может, упрямством своим. Ведь боялась, он видел,…
Она по-прежнему темноволосая. И губы красит красным. И вообще не изменилась. Его удача. Его Лаки. Живая, надо же. Клинт скользит и скользит взглядом по тексту, вбивая его в память, навсегда, навечно. Новое имя. Фамилию. Профессию. Семейное положение. Замужем. Дочь. А ты не теряла времени даром, да, Лаки? Принесла удачу кому-то другому. Ну ничего. Это решаемо….
— Ты — врач? — Да-а-а, а в чем, собственно?.. Два огромных пугающих мужика переглядываются, что-то решая про себя. А затем один из них говорит другому: — Берем ее. — Подождите? Что значит “берем”? Что это значит, я понимаю, когда меня выносят из больницы на широченном плече. Голую, мокрую, в одном полотенце. Офигеть, я в…
— Тигр! Я люблю тебя!!! — закричала я, прежде, чем успела вообще подумать! И как-то так получилось, что попал мой голос, мой дикий выкрик, в затишье между объявлениями двух бойцов! И на меня все обернулись! И Он! Он тоже! Я замерла, взбудораженная, безумная. И поймала его взгляд. Желтый. Звериный. Огненный. О-о-о… Он смотрел на меня,…
— Я с вами никуда не поеду! — Поедешь. Со мной. — Да щас! Со мной! Они стоят по обе стороны от меня, от них идет жар такой силы, что мартеновские печи отдыхают! Смотрят друг на друга, злобно раздувая ноздри. А я… А я ощущаю мощное, безумное дежавю. Потому что все это было: их взгляды,…